Click to order
Cart
Total: 
Ваш e-mail
Промокод
Блог онлайн-школы Сурдодети.рус

Следующий!
часть 1

Рассказ из сборника "У нас в роду были такие".
Книга Инессы Баскиной "У нас в роду были такие" – это сборник рассказов мамы, жены, женщины и педагога. Книга о себе, своей судьбе, своих родных и учениках. Книга о том, как уметь преодолевать препятствия, как налаживать свою жизнь и свою судьбу, как не сдаваться, встречая на пути трудности. Книга пропитана иронией и самоиронией, чувствами, отношениями, успехами и неудачами, любовью и горечью. Книга будет интересна семьям, воспитывающим детей с особыми образовательными потребностями, женщинам и мужчинам, студентам и преподавателям и просто людям, любящим хорошее чтение.
Мы представляем вашему вниманию часть рассказа из сборника.
– Есть все основания полагать, что у вашего ребёнка отсутствует слух, - сообщила врач.
Сообщила так, как будто речь шла о погоде. Есть все основания полагать, что сегодня будет дождь. Но про дождь это знакомо, и дождь имеет свойство заканчиваться. Туча, дождь, солнце, ветер – знакомые слова, а что значит «отсутствует слух», Оксана не понимала. Вернее, она много раз наблюдала картину – дочка не поворачивает голову даже на громкий звук. Но это же она как мать наблюдала и вполне могла ошибаться, а тут тётя-врач высшей категории, да ещё и на приём к ней кое-как попали. Ждали своей очереди целый месяц.
Со стороны было заметно, что Оксана «зависла». Она не наблюдала своего зависания. Ей казалось, что она сидела как сидела, но внутри вдруг что-то остановилось.

Сердце? Нет, стучит.

Лёгкие? Нет, дышат.

Мозг? Точно. Остановился мозг.

Внутри головы и снаружи образовалась плазма. Плазма расплавила всё в голове и вокруг неё.

Сквозь эту пронизывающую тихую плазму слышалось бормотание врача. Врач говорила, что надо куда-то ехать, что-то делать, покупать, настраивать, лечиться. Но всё это было вне понимания. Это было как удары по барабану в пустом помещении – монотонно, глухо, раздражающе.

Мозг остановился навсегда. Оксана не знала, что такое клиническая смерть, но то, что она сейчас чувствовала, было и вправду на неё похоже. Эмоциональная клиническая смерть.
– И какая судьба у нашего ребёнка?
Этот вопрос задал Оксанин муж Вадим. Оксана очень удивилась глупому вопросу. Неужели он не понимает, что это ВСЁ?! ВСЁ остановилось. Мозг. Воздух. Жизнь остановилась. Но эта самая Жизнь по имени Наташа, подбежала к Оксане и, не обращая внимания на дурацкие обстоятельства, подняла мамину скромную кофточку и маленькими губками присосалась к груди. Прям вот так. Стоя. От удовольствия закрывались глаза и у Жизни и у Оксаны. И в это физическое удовольствие «врезалось»:
– У нас есть государственные специальные сады и школы. Хорошие специалисты. Вы оформите инвалидность, обследуетесь, успокоитесь, купите слуховые аппараты, начнёте заниматься с педагогом и сами дома.
Всё это говорилось не в глаза членам семьи, а во время заполнения карточки и бумажек-направлений. Пациенты откровенно мешали заполнению бумаг. Чисто медицинской работе.

Следующий! – крикнула тётя врач высшей категории, когда закончила заполнение бумажек.

Это слово «следующий» означало: «валите, сейчас будет прогноз погоды для следующего».

Вот говорят, у балетных существует мышечная память. Тело помнит натренированные па. Оксана и Вадим были не из балетных. Они даже жили далеко от театра, в котором этот балет ставили. Они были из простых. Но какая-то мышечная память их спустила с высоких лестничных пролётов к машине. Двигательно-автомобильная память привезла их домой, минуя все пробки. И просто какая-то память подняла на четвёртый этаж, раздела, умыла и свалила на кровать.

Плазма из мозга проникала по шее в позвоночник и ниже. У Оксаны онемело всё. В детстве, когда она гостила в деревне у бабушки с дедушкой и переплывала речку, у неё судорогой свело ногу. Оксана растерялась, а соседский пацан острой палкой уколол её в ногу, и через какое-то время судорога ушла, убежала. О судороге неделю напоминал синяк. И на всю жизнь – страх утонуть. Сейчас у неё онемело всё тело. Набрав воздух в лёгкие, она протянула: – «Вааадииим». Никто не откликнулся.
– Вааадим! – Полной грудью крикнула Оксана.
Тишина. Наташка-принцесса спала рядом и никак не реагировала на крик мамы. А может, и правда, она ничего не слышит? И вообще, куда делся муж? Оксана медленно встала с кровати и пошла искать его по квартире. Искать пришлось недолго. Вадим стоял на кухне и смотрел в окно. Странно, неужели и муж у меня глухой? - подумала Оксана. Ничего не слышит.

Подошла поближе и крикнула ему в ухо «Вадииим». И ещё на всякий случай толкнула в плечо. Он вздрогнул, обернулся, и их глаза встретились.
Они прожили вместе пять лет. Их дочке уже год. Но они никогда ВОТ ТАК не видели друг друга. Да, временами им было тяжело. Оксана училась, и ночи напролёт писала курсовые, учила тексты. Она была патологической отличницей, и всё делала сама. Вадим много работал. Работа была далеко от дома, все силы уходили на преодоление пробок в мегаполисе, на завоевание твёрдых позиций в коллективе. Да, за пять лет они нажили квартиру, машину, мебель. Как положено, на выходные и праздники ходили в гости к родителям и друзьям. Решали разные эмоциональные и бытовые проблемы. Иногда не хватало сил. Иногда денег. Но как-то всё решалось. Сообща. А что делать сейчас? И с кем это обсудить?
Они несколько секунд смотрели в глаза друг другу, а потом…. заревели.
Они заголосили так, что шум водопада показался бы каплями в тазик.

Обнявшись, они сели на пол и рыдали. Каждый сам себе отдельно и друг другу. Голосили без слов и причитаний. Боль выходила водой. Солёной. Горячей. Так земля плачет извержениями и цунами, когда люди незаслуженно её обижают. Земля терпит, терпит нерациональное отношение к себе, и вроде уже привыкла, но вот сил не хватило сдержаться, и внутренние соки вырываются наружу, смывая всё на своём пути.

На улице темнело. И когда тела содрогались в затухающих истеричных конвульсиях, незаметно подошла дочка и глазами спросила: – А что это с вами? Ловко достала «СВОЮ», мамину титю и начала жадно сосать. И ей «до лампочки» было, слышит она или нет. Ей было так хорошо у маминой груди. Одной рукой Наташа держалась за маму, а другой рукой пыталась схватить папу за плечо. Папа подвинулся ближе, и Наташа стала практически счастливым ребёнком. Ей бы ещё кусочек хлеба со стола взять, но рук только две. Все желания почти исполнились, голод утолялся тёплым молоком, мама и папа сидели рядом на полу, кусок хлеба она возьмёт потом. А всё остальное для неё не имело значения.

И сидели они втроём на полу и уже улыбались друг другу. И тут Вадим говорит: - Девчонки, а меня кто-нибудь будет кормить? Я тоже есть хочу!
Оксане было стыдно признаться, но она тоже хотела есть. Только она не знала, можно ей есть или нет? Полагается ли в таких случаях «уйти в горе» и лежать-голодать? Но инстинкт взял своё.
– Вадим, давай пожарим картошку. Я знаю, что тебе нельзя жареного, но я ничего не успею приготовить. То ли спросила, то ли утвердила Оксана, но почему-то виноватым голосом.
– Я требую жареной картошки на сале. Мне сегодня можно всё. Давай выпьем. У нас с Нового года стоит бутылка вина в тумбочке, - произнёс Вадим торжественно, как тост.

– Вадим, жареная картошка на сале с вином? Это же моветон, - попыталась ёрничать Оксана.

– А у нас сегодня всё моветон, – пытался шутить Вадим.
И вечер прошёл как обычно. Как будто ничего не произошло. Каждый боялся начать разговор про завтра и послезавтра. Вообще, про дальше. Про обследования. Про аппараты. Про занятия. Они оба боялись не ответить на свои же вопросы. Ведь это не мебель, не машина, которые можно поменять, сдать, продать. Это ЖИЗНЬ и СУДЬБА их принцессы - Наташки. Но все решения завтра.
Продолжение следует ...
comments powered by HyperComments